Все это время государство методично подкручивало гайки в сложном механизме сборов и податей, а главным болтом во всем этом конвейере сложностей стал коммерческий утилизационный сбор, который к настоящему моменту возрос до абсолютно негуманных значений по отдельным категориям и стал главным финансовым барьером для частного ввоза. Поэтому те, кто хотел вскочить на подножку уезжающего поезда, заранее побеспокоились о том, чтобы купить со льготным утильсбором что-то из нестареющей японской классики. Например, Toyota Land Cruiser Prado в 150-м кузове, на который сегодня утильсбор в зависимости от двигателя составляет от 1,5 до 3,5 миллиона рублей — это больше, чем стоила сама машина «под ключ» с японских аукционов еще несколько лет назад.
Одними из тех, кто успел приобрести автомобиль до резкого роста стоимости автомобилей, стала супружеская пара Дмитрий и Ольга из Хабаровска. В 2024 году, когда еще даже не было разговоров про «мощностной фактор» утильсбора, они обратились к услугам одной из самых крупных и распиаренных компаний, которая уже много лет занимается организацией импорта подержанных автомобилей. Нашли и купили Prado 2021 года в 150-м кузове с дизельным мотором 2,8 литра. И все шло по плану — до того момента, пока недавно им не пришла «утилизационная платежка» на сумму более 5 млн рублей на двоих. Которые они, согласно предписанию, должны были заплатить в течение двух недель.
Дмитрий с женой подошли к крупной покупке ответственно и выбрали посредника со стандартной схемой: компания покупает машину на японском аукционе, организует доставку, проводит таможенную очистку, передает клиенту пакет документов.
Заявителем при растаможке и в испытательной лаборатории, которая занимается оформлением СБКТС (свидетельства о безопасности конструкции транспортного средства) и подачей документов на ЭПТС (электронный паспорт транспортного средства), была указана именно супруга, Ольга Геннадьевна (важный нюанс, который стал отправной точкой в цепочке событий — фамилия у супругов одинаковая и не склоняется). Она же оплатила все таможенные платежи со своего счета, в том числе утилизационный сбор — законно, в полном объеме, во всех платежных документах фигурировало ее имя.
Дмитрий: «Изначально мы решили, что оформлять машину будем на жену. Соответственно, Ольга оплатила все пошлины в соответствии с законодательством. В испытательную лабораторию подали документы, заявитель — именно моя супруга, а не я. Мы регулярно заглядывали в личный кабинет сервиса электронных паспортов. Статус по ее заявлению был все время "в ожидании", "в обработке". В один прекрасный момент средства с лицевого счета списались, но ЭПТС так и не появился. Позже ЭПТС "пришел" на меня. При этом у меня на счете денег не было и никаких платежей от моего лица, соответственно, не поступало».
И тут началась не очень хорошая, но весьма занимательная история. Лаборатория по ошибке сформировала ЭПТС не на Ольгу, а на Дмитрия (фамилия-то одинаковая, не склоняется, а инициалы — это, видимо, так — формальность). ГАИ, получив электронный документ на Дмитрия, поставила машину на учет также на него. При этом никто не потребовал договор купли-продажи, который бы объяснил, каким образом машина перешла от жены к мужу. Возможно, в ГАИ при постановке автомобиля на учет руководствовались ст. 34 СК РФ, согласно которой автомобиль является совместной собственностью, нажитой в браке, поэтому отличный от плательщика пошлины собственник для них не стал поводом задать уточняющие вопросы или потребовать какие-либо дополнительные документы. Или еще проще: увидели ЭПТС на Дмитрия — и поставили на учет на Дмитрия.
У таможни же своя логика: СБКТС и таможенные документы оформлены на жену — утильсбор заплатила жена. ЭПТС и постановка на учет — на мужа. В базе данных это считывается как два разных человека, соответственно, отчуждение автомобиля третьему лицу ранее, чем через год после растаможки. Итог — автоматическое начисление утильсбора на имя мужа: 2 361 000 рублей основного долга плюс 600 000 рублей пени — в сумме почти 3 миллиона рублей. И такое «письмо счастья» прилетело и Ольге, которая, получается, менее чем через год с момента покупки «продала» автомобиль другому человеку.
Прокомментировать ситуацию мы попросили Евгения из компании, также уже не первый год специализирующейся на ввозе автомобилей из Японии:
«Вариантов, почему так произошло, много, точно мы не узнаем — это осталось секретом лаборатории. Может, увидели одну фамилию, другую. Может, при оформлении документов взяли не ту объяснительную — у Ольги и Дмитрия было две объяснительные на оплату санкционной машины. Просто взяли из базы одну фамилию и не проверили, что есть вторая, а там паспортные данные другие. По факту — обычная человеческая ошибка. В лаборатории таких ошибок делают много. Другой вопрос, почему система не обнаружила несоответствие данных? Ведь ЭПТС выдается на конкретного человека с конкретными реквизитами уплаты утильсбора. И это, увы, не единичный сбой, у нас тоже бывали такие казусы с одинаковыми фамилиями, но мы это оперативно обнаруживали и обращались в лабораторию за исправлениями».
После того как Дмитрий и его супруга получили веселые письма от ФТС, они, разумеется, сразу пошли в офис компании, которая организовывала покупку и растаможку Toyota Prado. Однако «первое касание» получилось ожидаемо безуспешным — «разбирайтесь сами, мы тут ни при чем».
По словам Дмитрия, мало того, что ему не дали никаких вразумительных ответов, так еще и нахамили за то, что он с такими неудобными вопросами вообще смеет к ним заявляться. Когда одна из сторон конфликта уверена в своей безнаказанности и правоте, помимо долгой судебной тяжбы остается еще один эффективный способ достижения справедливости — подключение общественности. Поскольку «торгаши» для пролетариата — враги еще с советских времен, а «торгаши» + госструктуры — зло в квадрате, то общественный резонанс в пабликах замедляемого мессенджера и на замедляемом видеохостинге возник очень быстро. Это привело к ответной реакции — тоже ожидаемой. Сначала компания, которая привезла автомобиль, стала сваливать всю вину на клиента — мол, он прислал менеджерам свой паспорт и СНИЛС, а не супруги. Но эта теория рассыпалась немедленно — у Дмитрия были скриншоты всей переписки с менеджером, в которой четко было видно, что он вообще ничего не присылал — ни своих данных, ни жены — контора сама откуда-то их взяла. Ошибочно, как выяснилось.
Поняв, что свалить вину на клиента не получится, контора решила перевести стрелки на госструктуру — виновата ГАИ, которая якобы незаконно поставила машину на учет без договора купли-продажи. Это был перспективный ход, ведь технически ГАИ тоже сплоховала, пропустив некорректную информацию. Но, опять же, закон — что дышло, и в случае чего у ГАИ наверняка нашлось бы юридическое обоснование их действий. А то, что нет согласованности между ГАИ и ФТС — это уже ситуация без конкретного виновника.
Третий «фронт защиты»: виновата таможня, которая незаконно начислила утильсбор. Но у таможни свои автоматизированные алгоритмы — они «увидели» смену собственника в «неположенное время» и автоматически начислили сбор и пени. А идти судиться с государством за возврат трех миллионов из бюджета — это история долгая и с туманной перспективой.
После того как все «оборонительные действия» оказались неэффективными, компания по привозу предложила Дмитрию «занулить» регистрацию и «обнулить» ЭПТС, выпустить новый ЭПТС с корректным собственником — а там уже пусть судятся с государством, сколько душе будет угодно. Вдруг повезет.
Евгений: «Такая процедура действительно есть — снять с учета, обратиться на сайт ЭЛПТС и исправить данные. Но она не позволяет “провернуть фарш назад” с уже начисленным утильсбором. То есть в любом случае нужно сначала оплатить его, а потом уже разбираться».
Представитель фирмы-посредника в публичных комментариях написал, что Дмитрий якобы лжет про необходимость закладывать квартиру ради трех миллионов, но если сложить два фактора — нужную для оплаты сумму в течение двух недель и положение дел на рынке кредитования, то просто такие деньги под потребительский кредит ни один банк не даст. Остается только недвижимость. А там уже, в случае одобрения и оплаты, разбираться, что к чему.
Вообще, именно после того как дело предали огласке, начались какие-то движения по этому вопросу. Дмитрию стали поступать звонки от «исполнителей», а на канале компании на заблокированном видеохостинге посыпались комментарии от озадаченных потенциальных клиентов — мол, как так происходит и стоит ли вообще связываться с вами, если возникают такие ситуации, которые не решаются?
Представитель фирмы публично написал, что с Дмитрием «уже неделю как связались и вопросы обещали решить». На что Дмитрий так же публично ответил, что никто с ним ничего не обсуждал, все вранье. Комментарии довольно быстро были удалены.
В итоге после информационного публичного прессинга «виновники торжества» все-таки признали свою ошибку, оценив возможные репутационные риски, и компенсировали клиентам «доплату» за коммерческий утильсбор. Кстати, «письма счастья» и Дмитрию, и Ольге пришли «на всякий случай» — оплатить обязан кто-то один, а не в двойном количестве, как сначала подумали владельцы злополучного Prado.
Евгений: «Они в итоге все-таки молодцы, что пошли навстречу клиентам. Правда, молодцами они оказались только потому, что ситуация просочилась в соцсети и получила большой охват. Увы, многие компании поступают так же — ставка на то, что дело не получит огласки и клиенты не найдут в себе силы и ресурсы “бодаться”. Тут ситуация прямо как с одной известной певицей и ее квартирой — пока весь интернет не подключился, ничего не решалось».
История Дмитрия и Ольги — увы, не исключение из правил. Пока разбирали этот кейс, появилась еще одна параллельная история из Уссурийска. Там в течение трех лет группа продавцов реализовывала автомобили с поддельными ТПО (таможенными приходными ордерами — документами, подтверждающими оплату утильсбора). Продали порядка ста машин. Сейчас их покупателям прилетают счета на коммерческий утилизационный сбор — хотя они искренне считали, что все оплачено.
Как такое вообще возможно в эпоху электронных баз данных?
Евгений: «Нет никакого единого реестра, в котором бы все соответствующие организации видели уплату этого сбора. Единственный выход для покупателя — писать запрос в таможню. Но тебе никто не ответит сразу, нужно писать заявление и месяц ждать ответа».
Была попытка ввести проверку ТПО при постановке машины на учет в ГАИ — показывать квитанцию об оплате утильсбора вместе с ДКП. Логика правильная: инспектор сверяет с базой, нет оплаты — на учет не ставит. Также такая схема помогла бы избежать несоответствия плательщика пошлин и сборов и собственника автомобиля. Но инициативу так и не довели до ума, и все осталось в подвешенном состоянии. Итог: даже покупка машины из наличия — казалось бы, самый безопасный вариант — сегодня несет вполне осязаемые риски. ТПО могут оказаться поддельными, а узнать об этом вы сможете, только когда придет требование об оплате.
Три правила, которые сведут риск доначислений к минимуму:
Правило первое. Покупаешь машину себе — платишь сам. Со своей карты, банковского счета или квитанцией на свое имя в банке, если оплата наличными. Если происходит оплата третьим лицом санкционного автомобиля, брокер запросит объяснительную, которую приложат к документам и направят в таможню. Эта бумага подтверждает: именно вы являетесь плательщиком.
Правило второе. Оплатил сам — растаможиваешь на себя. Таможенный счет должен быть выписан на ваше имя, оплачен с вашего счета, под вашим ИНН. Никаких «жена заплатила с карты», «пусть посредник проведет через себя», «так быстрее» и так далее. СБКТС и ЭПТС — только на вас как покупателя.
Правило третье. Постановка на учет — в течение года и только на свое имя. Не «потом», не «к лету», не «подожду, пока разберусь с номерами». В течение года после растаможки машина должна быть зарегистрирована. Не уложитесь — возможно повторное начисление утильсбора.
Евгений: «Самый безопасный способ на сегодняшний день: сам купил, сам растаможил, сам поставил на учет — желательно все сразу, без откладывания на потом. И на каждом этапе проверять данные, даже если всецело доверяете фирме-посреднику. Только так можно обезопасить себя».
А что с юридической ответственностью компаний-посредников? Комиссию свою берут, а спрашивать с кого в случае проблем?
Евгений: «Агентский договор, откровенно говоря, не предусматривает никакой ответственности. Это не договор поставки, не договор купли-продажи. Мы помогаем людям купить автомобиль: предоставляем доступ к аукциону или подборщиков в стране вывоза, переводчиков, брокеров, логистику. Комиссия — 100 тысяч, допустим, из Китая. Это оплата именно посреднических услуг. Кто-то говорит, что это дорого. Мы в таком случае предлагаем купить машину самостоятельно. Но китайцы обманут, сроки оплат пропустите, растаможка встанет. Машина проторчит на СВХ — не бесплатно. Зато сэкономите 50 тысяч».
По факту агентский договор фиксирует лишь три обязательства: покупку, доставку, растаможку. Все. Ответственность за качество исполнения каждого пункта стандартный договор, как правило, размывает через формулировки типа «стараемся», «прилагаем усилия», «не несем ответственности за действия третьих лиц». В описанной ситуации «действия третьих лиц» — это как раз ошибка с оформлением ЭПТС.
Поскольку сейчас посредников, предлагающих услуги организации покупки и привоза автомобилей из Японии, Южной Кореи и Китая, стало очень много, главным оружием в борьбе за рынок остается репутация и чувство безопасности для клиентов. Именно поэтому компании с хорошей репутацией акцент делают не на договор, а на прозрачность процесса. Разница между добросовестным посредником и недобросовестным — не в пунктах договора (хотя это тоже важно), а в том, что клиент может отслеживать каждый шаг процесса в режиме онлайн, а закрепленный за ним менеджер фирмы в любой момент на связи и готов оперативно исправить возникающие ошибки и решать проблемы, не переваливая их на плечи заказчиков.
Как выбрать посредника? Несколько рекомендаций и «зеленых флагов»:
1. Компания должна вести публичную деятельность: раскрученный канал на видеохостинге и в мессенджере, живые отзывы с именами и историями, а не массовые «отлично, рекомендую!» без деталей и конкретики.
2. Ошибки случаются у всех — важно, как компания их исправляет. Спросите прямо: был ли у вас опыт ошибок при оформлении документов? Как вы их исправляли? Нормальный посредник расскажет — ему скрывать нечего.
3. Схема ответственности должна быть оговорена и зафиксирована в договоре до перевода денег: что происходит, если ЭПТС пришел не на того человека, если утильсбор начислили повторно, если машина застряла на СВХ и прочие важные нюансы.
4. Система персонального менеджмента. Цепочка «купил — один человек, логистика — другой, выдача — третий» — это болезнь крупных компаний. Чем больше звеньев в этой цепочке, тем меньше у каждого личной ответственности. Особенно когда взаимодействие между отделами не налажено. Да, в компании вполне могут быть специальные отделы по логистике или растаможке, но координировать всех и доносить готовую информацию до клиента должен менеджер, который непосредственно общается с клиентом на всех этапах сделки.
История Дмитрия и Ольги закончилась относительно хорошо: три миллиона заплатила фирма, а не они. Квартиру закладывать не пришлось. Машина стоит на учете, ездит, теперь все чисто.
Но осадочек остался — и не только у конкретной семьи. Система, в которой человеческая невнимательность в лаборатории генерирует налоговое требование на три миллиона рублей, а проверить оплату утильсбора при покупке подержанной машины ничем иным, как письменным запросом в таможню с месячным ожиданием ответа, нельзя — все это работает против обычных людей.
