Санкционная тема с течением времени становится все острее и горячее. Под вторичные санкции все чаще попадают фирмы Турции, Финляндии и Китая, причем независимо от формы и типа собственника. Некоторые европейские компании получают от своих национальных правительств адресные запреты на отгрузку продукции в Россию, а в конце сентября после встречи с канцлером Германии Олафом Шольцем о следовании антироссийским санкциям заявил и президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев. Короче говоря, тучи сгущаются, а вместе с ними мрачнеют и настроения в курилках российского Минпромторга, ибо поле возможностей для снабжения российской промышленности (в том числе и автомобильной) всем необходимым сокращается.
Кстати, по сведениям, доходящим до нас из глубин ведомства, наиболее обсуждаемым слухом сейчас остается возможный отказ (полный или частичный) китайского JAC от сотрудничества с российскими автомобильными заводами — КАМАЗом, «Москвичом», «Соллерсом». Говорят, будто после сентябрьского релиза Минфина США на JAC начал давить концерн Bosch, менеджмент которого якобы грозит резко ограничить всякое сотрудничество с китайской компанией, если та не прекратит снабжать заводы РФ комплектующими, машинокомплектами и технологиями. От себя добавим, что давление на JAC может оказывать и Volkswagen, у которого с JAC — тесное производственное сотрудничество. Достаточно сказать, что еще в 2020 году VW увеличил долю в «электрическом» совместном предприятии с JAC в Аньхое до 75% и влил в модернизацию завода аж миллиард евро. Опять же, напомним, что VW свернул контрактную сборку моделей на ГАЗе именно после вступления в силу санкций Минфина США, которые долго откладывались. Таким образом, руководство JAC может встать перед реальным выбором: или сотрудничество с VW, Bosch и другими мировыми концернами, или дружба с российскими заводами.
Короче говоря, за ситуацией с JAC будем следим особенно пристально, ибо уход этой китайской фирмы де-факто приведет к обрушению половины российского автопрома. Перед тем как перейти к документам Минфина США, предлагаем суждения наших коллег-журналистов. Мы задали им ровно те же вопросы, на которые попытаемся ответить и сами: 1 — по какой причине под санкции попали именно АВТОВАЗ, «Москвич» и «Соллерс»; 2 — чем вызваны «сентябрьские» санкции Минфина США; 3 — какие еще российские заводы могут попасть под удар.
Кстати, вы спросите, почему мы привлекли именно коллег? Да потому что участники рынка уже давно отказываются не только от официальных комментариев, но даже и от неофициальных в формате «под пивко» — боятся. Более того, тема санкций столь токсична, что и среди коллег мы с трудом нашли только двух желающих.
Игорь Моржаретто, партнер аналитического агентства «Автостат»:
«Думаю, что санкции на АВТОВАЗ, “Соллерс” и “Москвич” уже не повлияют никак, в том смысле, что не ухудшат положение этих заводов — оно и без того тяжелое. Предприятия, оказавшиеся под санкциям раньше, уже нашли ходы-выходы и продолжают работать. В этом смысле мне кажется, что новый санкционный список от Минфина США будет иметь скорее психологический эффект, пусть и негативный. Вероятно, какие-то поставщики могут отвалиться, но их оперативно заменят. Смысла этих адресных санкций я понять не могу — это ведь не секторальные ограничения в целом на российский автопром.
По какой причине под удар попали именно эти заводы, сказать трудно. Понятно, что цель сентябрьских санкций — не подрыв стратегически важных отраслей промышленности, работающих на «военку». Эти санкции если и ударят по кому, то в первую очередь по обывателям и по тем работягам, кто за небольшую зарплату работает на этих заводах. Это из той же серии, что запрет въезда на машинах с российскими номерами — надо побольнее шарахнуть по простым людям, которые волею судеб выезжают из страны или уже находятся в Европе на машинах с российским номером. Я уверен, что после сентябрьских санкций ограничения могут быть наложены вообще на любой завод и любую фабрику — хоть по производству кондитерских изделий, хоть галантерейных».
Ольга Никитина, корреспондент отдела бизнеса газеты «Коммерсант»:
«Сейчас пока трудно говорить о том эффекте, который окажут санкции на работу “Москвича”, АВТОВАЗа или “Соллерса”. Мы видим, как КАМАЗ уже после введения санкций со стороны OFAC работает с JAC по проекту малотоннажных машин “Компас” и усиливает локализацию по кабине К5. Поэтому какого-то резкого и скорого осложнения работы для “Москвича”, АВТОВАЗа или “Соллерса” я не ожидаю. Скорее всего, придется усложнить часть каналов поставки комплектующих, работать через третьих лиц, но заметного эффекта со стороны, вероятнее всего, не будет.
В части АВТОВАЗа санкции, возможно, связаны с долей государства в капитале компании. И по этому заводу интересно, что вплоть до весны были новости о поставках каких-то комплектующих от производителей из Европы, оставшихся в партнерстве с АВТОВАЗом еще со времен Renault. Если они оставались с АВТОВАЗом в отношениях по состоянию на сентябрь, эти поставщики, скорее всего, будут вынуждены прекратить поставки. Что касается отношений с китайскими поставщиками, то, как говорят участники рынка, при обсуждении сделок с российской стороной риски санкций изначально обговаривались и закладывались. Я бы не стала рассуждать о том, какой из заводов еще находится под угрозой санкций, потому что мне не ясен мотив ведения ограничений на “Москвич”, АВТОВАЗ и “Соллерс”».
Ну что ж, таково мнение наших экспертов, теперь попробуем разобраться, за что же были наложены санкции на наши гражданские автомобильные заводы. Из тройки «Москвич», АВТОВАЗ и «Соллерс» естественный образом выпадает последний, поскольку он принадлежит группе частных инвесторов, а «Москвич» и АВТОВАЗ — де-факто государственные. При этом претензии Минфина США именно к «Соллерсу» объяснить на первый взгляд просто: в этом году завод поставил партию машин для ФГУП «Главный центр специальной связи», который сокращенно еще называют «Спецсвязь». Эта организация «обеспечивает потребности государства в пересылке секретных и иных специальных отправлений». Судя по всему, речь идет о машинах с бронезащитой, ибо УАЗ Патриот и ГАЗы поступают в «Спецсвязь» именно с таким оснащением. На форуме «Армия-2023», прошедшем в августе, замруководителя Максим Манченко рассказал о том, что с начала года «Спецсвязь» закупила около 70 бронированных машин, среди которых — JAC. Но в «Спецсвязи» остались «китайцами» недовольны. На самом же деле речь идет не только о Sollers Atlant (он же — JAC Sunray), но и Sollers Argo (он же — JAC N25/35).
В реальности ни одна из перечисленных причин для включения «Соллерса» в санкционный список могла и не существовать. Чтобы понять это, нужно внимательно изучить «санкционные» документы Минфина США, что мы и сделали, начав с упомянутого пресс-релиза от 14 сентября. Недоумение вызывает первое же предложение: «Соединенные Штаты продолжают использовать санкции и экономические ограничения для подрыва способности России вести войну против Украины». Ну хорошо, машины для «Спецсвязи» еще можно подвести под военные поставки, которые США хотят «подорвать», а причем тут АВТОВАЗ и «Москвич», где логика? Во втором абзаце релиза приведена цитата министра финансов Джэнет Йеллен: «С очередным пакетом санкций мы ясно дали понять, что те физические и юридические лица, которые получают выгоду от вторжения, <…> будут привлечены к ответственности». Опять непонятно, какую выгоду получают наши «легковые» автозаводы от противостояния на Украине.
Читаем дальше: «Новые санкции продолжают усилия OFAC по преследованию физических и юридических лиц, которые обеспечивают способность России закупать высокотехнологичные товары и товары двойного назначения». При всем уважении к «Москвичам» и «Жигулям» — это точно не высокотехнологичные товары и не товары двойного назначения. Ну разве что бинты с зеленкой перевозить между тыловыми госпиталями. В этом смысле опять же обращаем внимание, что по «Итэлме» Минфин США дает комментарий: компания наказана как «крупный импортер микрочипов двойного назначения». При этом по АВТОВАЗу «Соллерсу» даны лишь пояснения, что это — «автомобилестроительные компании», а в отношении «Москвича» сказано, что это «производитель автомобилей».
Между тем включение российской «автомобильной тройки» в санкционный список преподносится в релизе от 14 сентября как «подрыв промышленной базы России». При этом авторы стейтмента ссылаются на два документа — декларацию лидеров стран «Большой семерки» от 19 мая 2023 года и один из указов Джозефа Байдена, а именно — Executive Order (E.O.) 14024, подписанный президентом США еще 15 апреля 2021 года. К Executive Order 14024 мы обязательно вернемся, а пока посмотрим, что нам дает заявление лидеров «семерки».
Декларация состоит из 11 пунктов и тезисно определяет позицию лидеров G7 к украинским событиям. Единственное положение, которое хоть как-то применимо к интересующему нас вопросу, сформулировано в пункте 7 «Санкции и другие меры». «Мы расширим перечень наших мероприятий для предотвращения поставки в Россию любых товаров, имеющих решающее значение для функционирования российской армии и восстановления ее военного потенциала. При формировании санкционных списков мы будем ориентироваться на компании, которые работают в таких ключевых секторах экономики, как производство, строительство, транспорт, а также в сфере бизнес-услуг. Мы лишим Россию технологий G7, промышленного оборудования и услуг, которые поддерживают ее военную машину. При этом мы сделаем все, чтобы защитить сельскохозяйственную, медицинскую и гуманитарную продукцию российских предприятий от наших ограничительных мер». Если фразу, выделенную жирным, вырвать из контекста, то она действительно может стать основанием для наложения санкций на любой завод, строительную и транспортную компанию.
Судя по всему, сотрудники OFAC так и сделали — вырвали из контекста это предложение и ничтоже сумняшеся внесли АВТОВАЗ и «Москвич» в санкционный список. Неужели коллега Моржаретто прав, и теперь карающий меч OFAC будет косить все подряд, в том числе галантерейные и кондитерские фабрики РФ?
Теперь переходим к подписанному Джозефом Байденом указу 14024 от 15 апреля 2021 года. Увы, и этот документ ничуть не проясняет наш вопрос. Байден перечисляет возможные пути определения подсанкционных лиц и компаний, уточняя, что в список может попасть «любое физическое или юридическое лицо, работающее в технологическом и оборонном секторах экономики, а также в любом другом секторе экономики». Едем дальше: наказанным может стать и «любое юридическое лицо, учрежденное в соответствии с законодательством Российской Федерации», при этом в документе расшифровывается и сам термин «юридическое лицо» — «совместное предприятие, ассоциация, товарищество, корпорация, группа и любая другая похожая организация». Само собой, указ запрещает любое финансово-производственное взаимодействие компаниям, зарегистрированным в США, с фирмой или лицом, попавшим под санкции.
Вывод следующий. Ограничения могут быть наложены вообще на любой автомобильный российский завод, в том числе и на «Автотор», и на «Хавейл» в Тульской области, ибо не важна ни форма собственности, ни участие в капитале государства, ни фактическое отсутствие выгоды от военных действий на Украине. При этом к «Автотору» формальных претензий еще меньше, чем к «Москвичу»: компания не только не работает на военку и не закупает россыпью комплектующие двойного назначения, она еще и полностью частная. В то же время автомобили брендов концерна Great Wall (как импортированные, так и выпущенные в России) стоят в гаражах силовых российских ведомств.
Таким образом, по «Автотору» наш прогноз скорее позитивный. Более того, у предприятия несколько китайских партнеров, поэтому даже если даст слабину один, останутся другие. Тут весь вопрос в том, какой пример подаст JAC. Повторимся, если эта компания уйдет (не формально, сохранив поставки через фирму-прокладку, а фактически), это значительно повлияет на автопроизводство в РФ.
В завершение отметим, что 14 сентября мы обратились и в «Москвич», и в «Соллерс» за комментариями. Пресс-служба «Москвича» комментировать влияние санкций отказалась, а вот пресс-служба «Соллерса» выступила с весьма уверенным заявлением, разошедшимся позже в прессе: «Мы не ожидаем никаких последствий, поскольку за прошедший год бизнес группы “Соллерс” полностью перестроен на санкционно-устойчивые каналы поставок компонентов, механизмы финансовых расчетов и стратегически ориентирован на технологическую независимость от внешних партнеров». Для полноты картины добавим, что в пресс-службу АВТОВАЗа мы не обращались, ибо она перестала отвечать на наши письма задолго до того, как это сделали Минпромторг РФ и Минфин США.
