Итоги года на российском авторынке: где ложь, а где статистика?

Напомним: АЕБ выдаeт статистику по автомобилям, отгруженным дилерам по состоянию на 31 декабря предыдущего года. Очевидно, что не все эти машины были проданы именно в этот год, что-то естественным образом перешло на следующий. Но они считаются проданными именно в исследуемом году (в данном случае, в 2019), что делает статистику АЕБ немного условной. Впрочем, эта условность более-менее нивелируется автомобилями, заявленными как проданные годом ранее, а де-факто нашедшими покупателей в 2019 году. В первом приближении можно считать, что «сток» (непроданные остатки) из года в год компенсирует сам себя, и данные АЕБ, таким образом, более-менее объективны.

Но только более-менее.

Годы бывают разными, с разным покупательским интересом, с разным удалением от кризисных явлений в экономике. Фактически каждый год в новой истории российского рынка уникален. И в этом смысле статистика АЕБ всe-таки не совсем точна. К тому же она с самых первых отчeтов стала заложницей добросовестности дилеров и дистрибьюторов, коим, по разным причинам, бывает выгодно предоставить АЕБ некорректные данные.

«Жeлтый» секрет куклы Полишинеля

Мы уже писали про это в предыдущие годы; и не только мы. Никакого секрета нет: почти все автомобильные дилеры, подписывая соглашение с производителем или дистрибьютором, берут на себя определeнные обязательства по годовым продажам, за исполнение которых начисляются бонусы. Финансовые ли (что чаще), товарные — неважно. Суть этой игры в том, что предельно низкомаржинальная торговля автомобилями (если не брать в расчeт некоторые премиум-сегменты) добирает своe как раз бонусами, выводя деятельность дилера в какую-никакую, но прибыль. Часто дилеры строят свой бизнес на кредитные деньги и получение регулярных бонусов для них — вопрос выживаемости. Бонусов на всех не хватает, что становится одной из причин серьeзной ротации среди официальных автопродавцов: в период с 2014 по 2017 их число снизилось с 4100 до 3355, хотя в последние два года наметилась стабильность (3380 дилеров в 2019 году) (данные Российской ассоциации автомобильных дилеров — РОАД). Последнее президент РОАД Олег Мосеев объясняет растущим числом дилеров китайских брендов.

Так вот, простейший способ получить бонусы по итогам года за выполненный план — обмануть представительство бренда, выдав полученные автомобили за реально проданные. А потом потихоньку, со скидками и подарками, реализовать их уже в новом году. Даже самые неходовые модели и комплектации можно продать, вопрос в сроках и условиях. Такой обман на профессиональном сленге называется «желтить машины», это пошло от практики выделять жeлтым цветом в файлах и внутренних документах зависшие, но якобы проданные позиции.

В минувшие годы «желтизной» баловались многие дилеры и даже целые бренды. Мы помним, какие статистические войны во времена оны разгорались между, например, Geely и Lifan: каждый старался приписать себе чуть больше, чем это сделает конкурент, до последней минуты оттягивая сдачу документов в АЕБ на случай появления инсайда с противоположной стороны. Знаменитый корейский концерн в период захвата российского рынка тоже не брезговал таким способом потягаться с французами и тольяттинцами. Но считается, что в последнее время «желтизна» фактически самоликвидировалась, точнее, еe масштаб стал минимален и серьeзного влияния на общие показатели рынка не оказывает. Мы не знаем, какие события привели к упразднению обманных сведений, просто передаeм среднеарифметическое мнение профессионалов рынка, почерпнутое из множества разговоров. Этот тезис можно проверить чисто математическими методами.

Что мы прямо сейчас и сделаем.

Феномен декабря

Смотрим полную статистику АЕБ за минувший год, с разбивкой на модели. И помним, что АЕБ собирает данные ежемесячно. Следовательно, «жeлтые» машины с наибольшей вероятностью появятся в отчeтах за декабрь — в последнем месяце, способном повлиять на годовые показатели. Для начала достаточно посмотреть, у кого из брендов показатели декабря атипичны, то есть не укладываются ни в среднеарифметические значения, ни в линейную динамику органического роста.

Доминирование декабрьских показателей встречается у многих, мы же выбрали самые характерные примеры.

Каждая строка тут — своя «история успеха». Данные по Changan, FAW, FIAT, Haval, Land Rover, Peugeot, Skoda, Subaru, Suzuki и Volvo укладываются в концепцию естественного роста: у этих брендов во второй половине года появились новые популярные модели либо динамика с начала года допускает приведeнные показатели декабря. А вот к Cadillac, Chery, ГАЗу, Geely, Genesis, ВАЗу (точнее, Ладе), Lexus, Mazda и Toyota есть вопросы. И особенно странными выглядят циферки у Nissan, Mercedes-Benz и Renault. На их примерах и попытаемся произвести кое-какие расчeты.

Отринем два первых месяца года как «мeртвые» для автомобильной розницы и исключим из внимания «феноменальный» декабрь. А в оставшихся девяти суммируем показатели и разделим на количество месяцев, получив, таким образом, годовое среднеарифметическое.

Для Mercedes получается 3508, для Nissan 5052, для Renault — 12 520. Оговоримся, что Ниссан на протяжении года показывал большую нестабильность результатов, явные всплески (март) сменялись необъяснимыми провалами (апрель и октябрь). Вообще, марку немного лихорадит: устаревший модельный ряд, скандал с арестом Гона, планы по выходу из Альянса… Поэтому, для чистоты эксперимента, давайте-ка удалим Nissan из рассмотрения. И получается, что Mercedes мог приписать себе в декабре 1369 автомобилей, а Renault — 3487. Подчеркнeм: могли приписать. Это не обвинение, это статистический расчeт.

Чтобы логический строй выглядел законченным, сделаем аналогичный расчeт по всем маркам, которые мы отнесли к «сомнительным». И выходит, что в декабре 2019 российские дилеры (без Ниссана и брендов, не вошедших в приведeнную таблицу) «зажелтили» ни много ни мало 51 149 автомобилей! И, значит, реально продано было 1 708 383 штуки.

Но и это ещe не вся коррекция.

Дело в том, что АЕБ в принципе не может сделать поправку на автомобили, проданные в РФ, но «уехавшие» в другие страны, в основном, конечно, в ближнее зарубежье. Полагаем, точных данных нам не выдаст даже таможня. Значит, остаeтся оперировать экспертными мнениями, которые «гуляют» в диапазоне от «нескольких тысяч» до пары десятков тысяч» автомобилей.

При этом не забываем позапрошлогодний сток, реально реализованный в 2019 году, но не попавший в нынешнюю статистику. Желающие могут поупражняться в арифметике и высчитать объeм приписок по нашей нехитрой методе. Но надо иметь в виду, что и в 2018 году продавался сток от предыдущего года.

Регистрация ещe не прописка!

Сопоставление количества проданных (якобы проданных) и вставших на учeт автомобилей, ещe недавно казавшееся самым верным методом вычислить объeм приписок, на самом деле только запутывает.

Во-первых, сразу возникают вопросы к механизму сопоставления двух баз: ГИБДД оперирует всем массивом регистраций, из которых не всегда легко выделить «чистые» LCV (легкие коммерческие автомобили). Более того, некоторые грузовики продаются тюнинговым фирмам как шасси, а надстройщики реализуют конечному покупателю готовые машины уже под своим брендом.

Во-вторых, как ни странно, существуют категории транспортных средств, вообще не встающих на учeт и/или не отражающиеся в сводках ГИБДД. Это автомобили спецслужб (оперативные, они могут менять номера несколько раз в день) и те, что эксплуатируются на закрытых территориях. Понятно, что карьерные самосвалы и прочие тяжeлые машины нам не очень интересны, а вот машины аэродромных служб не регистрируют чисто для упрощения документооборота.

Директор аналитического агентства «Автостат» Сергей Целиков добавляет: «В данных по регистрациям нет Крыма, а в «продажах» он есть. ГИБДД не включает в свою статистику машины с синими и жeлтыми номерами — МВД, спецучeт и т.д. Лeгкие коммерческие тоже нужно сопоставлять очень аккуратно, буквально отслеживая все модификации. Поэтому сравнивать две базы данных это как сравнивать тeплое с красным! Это как минимум непрофессионально».

Для иллюстрации тезисов Целикова приведeм таблицу «Автостата» по регистрациям (Топ-15 марок):

Легко сопоставить данные по конкретным маркам и увидеть, что регистрации тех же Mercedes и Renault отличаются от продаж по версии АЕБ на 2431 шт. и 1499 шт. соответственно. Но при этом мы не знаем, включает ли база ГИБДД такие модели, как, например, Sprinter, который может быть как LCV, так и среднетоннажником с полной массой до 5500 кг.

Всего же в России в 2019 году было зарегистрировано 1 593 050 автомобилей, что существенно меньше высчитанных нами 1 708 383 штук. Видимо, аккурат на неучтeнный экспорт и Крым.

Теперь вернeмся к АЕБ.

При всей тщательности (дилеры отсылают очень подробные данные — цена, цвет, комплектация) АЕБ работает только с теми, с кем заключает соответствующий договор. Естественно, находятся бренды, которые такого договора не заключают. По разным причинам, чаще всего — ввиду мизерности продаж и нежелания «светить» свои успехи. Это продавцы спорткаров и «неофициальные дилеры» (точнее, совсем не дилеры).

Такие марки, как Lamborghini, Ferrari, Maserati, Bentley, Rolls-Royce представлены в России вполне официально, но с АЕБ данными о продажах не делятся. Впрочем, погоды на рынке такие автомобили всe равно не делают. Но вот как быть с отсутствием в статистике АЕБ массовых брендов Ravon и JAC? А всякие мелкосерийные электромобильчики типа крымского Эльтавра или дмитровской Конкордии? Их набирается изрядно. Равно как и новых автомобилей с американского рынка, продаваемых неофициально, — Lincoln Navigator, Ram, Ford F, Toyota Tundra… А один известный автосалон даже предлагает новые американские Ford Transit. Это всe тоже российский авторынок. Равно как и DongFeng 580, который уже продаeтся несколько месяцев, но АЕБ про это ничего не знает.

Автомобильный Волжский Автомобильный Завод (АвтоВАЗ)

ПАО АвтоВАЗ не раскрывает объeм производства на своих площадках. Но мы посчитали весь вазовский объeм продаж. А он, если судить по предыдущим годам и сопоставлению планов и результатов, примерно должен соответствовать объeму производства. Опять же, с поправкой на заводской запас, кочующий из года в год по дилерам уже после перелистывания годовой страницы календаря.

К данным АЕБ мы добавили число произведeнных Вест на дочернем предприятии «Лада Спорт». К сожалению, было ли собрано хоть какое-то количество товарных Грант Спорт, мы не знаем.

Nissan Almera — это чистый сток, производство этих машин прекратилось ещe в 2018 году.

Модели ВИС-Авто и Супер-Авто включены в статистику бренда Лада.

Niva, которая уже не Chevrolet, но ещe не Лада, совершенно справедливо включена в тольяттинский заводской пул.

Если удалить Ижевск, работающий на половину своей мощности, то окажется, что потенциально «миллионный» (то есть способный делать до 1 млн автомобилей и машинокомплектов в год, а с учeтом приобретeнного 95-тысячного GM-АвтоВАЗа и больше) ВАЗ работает на треть мощности, выдав в 2019 году 360 653 автомобиля (с учeтом всех Нив, минус Алмера). Если эти данные по продажам соответствуют производственным результатам, то дело швах: по плану годичной давности со всех тольяттинских конвейеров должно было сойти 429 000 автомобилей, не считая 20 000 Chevrolet Niva и 25 000 машинокомплектов Логанов для Африки.

А вот Ижевск почти выполнил 112-тысячный план.

Где правда?

Вывод из всего изложенного напрашивается огорчительный: точно узнать количество проданных автомобилей в России не-воз-мож-но. Разве что теоретически. Даже полная информация от Федеральной таможенной службы и от регистрационных органов стран ЕАЭС лишь уточнит объeм частного ввоза и вывоза, а лакуны, связанные с недостатками механизмов формирования разных информационных баз, никуда не денутся. Надо бы ещe учесть статистику по выданным СБКТС на новые автомобили, охватить мелкосерийных производителей и надстройщиков (таких как «Нижегородец», «Луидор», «Евраком» и т.п.) и каким-то образом найти способ учитывать «жeлтые» машины. Пока же, как ни странно, ориентироваться лучше на АЕБ.

Это, конечно, ужас. Но более достоверной статистики у нас нет.